Вопросы и ответы

Можно зарегистрироваться и начать пользоваться сегодня?

Да. Вход по коду на почту, через Google или через Apple: ни списка приглашённых, ни очереди больше нет. Приносить с собой ничего не нужно: два снимка в сутки распознаются ключом Snapfork бесплатно. Зачем при этом заводить свой ключ, написано в следующем ответе.

Зачем нужен собственный ключ площадки?

Он не обязателен. Распознавать можно и ключом Snapfork — бесплатно, 2 снимка в сутки; тогда фотография проходит через наш сервер, где её подписывают, и дальше через OpenRouter к провайдеру модели. У нас она не сохраняется, а площадке мы запрещаем маршрут через провайдеров, которые сохраняют переданное. Свой ключ снимает и ограничение, и лишние звенья: фотография уходит с устройства прямо на площадку, чей ключ вы вписали, минуя нас. Таких адресов девять — от Google Gemini и OpenAI до Mistral и OpenRouter. Ключи приложение понимает у десяти площадок: десятая, Claude, из браузера не принимает ничего. Полный список в политике конфиденциальности. Приложение начинает с вашего ключа, а на наш переходит только после того, как ваш отказал; выключить и это можно флажком в настройках.

Чем отличаются бесплатный и платный уровни ключа?

Речь про ключ Google: на бесплатном уровне он оставляет за собой право использовать отправленное для улучшения своих продуктов, на платном — нет. У других площадок деление своё, и читать его надо у них. Приложение работает на любом уровне, выбор ваш, но сделать его стоит осознанно: речь о ваших фотографиях.

Где хранится дневник?

В хранилище браузера на устройстве. На сервер уезжает запечатанная копия — ключ остаётся у вас, и открыть её там нечем. Страница о данных разбирает это целиком, включая неудобную половину: очистите хранилище — и дневник уйдёт с устройства вместе с ключом, а открыть запечатанную копию снова сможет только записанный вами код восстановления. Без выгрузки и без кода дневник исчезнет насовсем.

Что видит друг, если позвать его в приложение?

Одно: вели вы дневник в этот день или нет, и сколько дней подряд вели. Если вы открыли это отдельно — ещё признак «уложился в свою цель», обычное «да» или «нет». Ни что вы ели, ни сколько калорий, ни ваш вес не уходят ни при каком согласии, и никаких рейтингов, таблиц и сравнений здесь нет: сравнивать чужие цели не с чем и незачем.

Открытость одинаковая с обеих сторон, и односторонней её сделать нельзя. Прочитать это мы не можем: содержимое уезжает запечатанным ключом, которого у нас нет. Но связи и время обновления сервер видит — что именно и почему, разбирает раздел политики про друзей, вместе с тем, как проверить нас самих: восемь цифр, которые вы с другом сверяете голосом.

Отменить можно в любой день, и кнопок две: «перестать делиться» оставляет дружбу, «удалить дружбу» стирает и связь, и всё, что вы друг о друге видели.

Работает ли это без интернета?

Читать и править дневник — да. Распознать новую фотографию — нет: этот запрос уходит на площадку, чей ключ вы ввели, а если не вводили — на нашу. Добавить приём пищи руками можно всегда.

Можно отсканировать штрихкод на упаковке?

Да, и поиск при этом никуда не уходит: справочник товаров скачивается один раз и лежит на устройстве. Ни код, ни то, что вы едите, наружу не передаётся — это то же обещание, что и про дневник.

Данные взяты из открытой базы Open Food Facts, и заполняют её сами участники проекта. Поэтому находится далеко не всё: в справочнике то, что сканируют чаще всего, а полка в магазине шире. Не нашлось — снимайте этикетку или заполните поля сами, как раньше.

Откуда берётся оценка товара и почему она может ошибаться?

Она считается на устройстве из того же скачанного справочника: в сеть за ней ничего не уходит. Складывается оценка из трёх частей — готовой буквы Nutri-Score, уровня риска добавок по нашему списку и метки органик; у каждого уровня риска в списке названы источники, и это не оформление, а условие: говорить о риске без источника мы не будем.

Ошибаться она может тем же, чем ошибается сам справочник. Данные в Open Food Facts заполняют участники проекта, и у части товаров буквы или разобранного состава нет вовсе — тогда числа не будет, и мы честно скажем «оценки нет» вместо того, чтобы его придумать. У российских товаров буква встречается заметно реже, чем у европейских. И главное: оценка судит товар с полки, а не вас и не съеденное — она не диагноз и не запрет, а повод перевернуть пачку.

Насколько это точно?

Точно в том, что лежит на тарелке, и приблизительно в том, сколько его там. Страница о подсчёте объясняет, почему вторую часть не чинит модель получше и что придётся править вам. Про суточную норму и Б/Ж/У — отдельно: откуда взято каждое число, включая те, под которыми нет никакого источника, кроме нашего решения.

Что вы делаете с моим адресом почты?

Отправляем на него шестизначный код входа и больше ничего: ни рассылки, ни объявлений, отписываться не от чего. Сам адрес при этом не хранится — сервер держит его отпечаток: этого хватает, чтобы узнать вас при следующем входе, и не хватает, чтобы вам написать.

Не получается войти. Куда писать?

На hello@snapfork.app. Это тот же человек, который отвечает внутри приложения, — там для этого есть раздел настроек «Поддержка». Но если войти не выходит, до него не добраться, и адрес остаётся единственной дорогой. Напишите, что именно происходит: без этого поломку входа не отличить от адреса не из списка.

Есть приложение в App Store или Google Play?

Нет. Это веб-приложение, которое добавляется на домашний экран, — и поэтому между исправлением и вашим телефоном не стоит проверка магазина.